— По весу, в двойном размере на свежие овощи?!
Слова Линь Жосин прозвучали подобно разорвавшейся бомбе, заставив толпу собравшихся жен офицеров буквально вскипеть от возбуждения!
Зола? Конский навоз?
В их глазах это был самый бесполезный и грязный мусор! Обычно все старались поскорее избавиться от него, вываливая в укромных местах и брезгливо морщась. А теперь этот сор можно обменять на свежие овощи, которые сейчас ценились дороже мяса?! Да еще и в двойном объеме!
Это... это же просто манна небесная!
— Сестрица Линь! Ты это серьезно? Не обманываешь нас? — громко переспросила одна из женщин, все еще не веря своим ушам.
— Когда это я, Линь Жосин, бросала слова на ветер? — Линь Жосин скрестила руки на груди, излучая уверенность и властность. — В делах я превыше всего ставлю честность. Если нужно, можем и расписку составить, черным по белому!
— О боги! У меня же в сарае целый чан этой золы накопился!
— Да что там говорить! Я прямо сейчас бегу домой все упаковывать! Помню, у меня в углу за домом тоже приличная куча лежит!
— Навоз! Я достану конский навоз! Я не боюсь испачкаться!
Те самые женщины, что мгновение назад просто глазели и отпускали колкости, в один миг «помешались». Словно солдаты, услышавшие сигнал к атаке, они с горящими глазами бросились к своим домам. Каждая боялась опоздать и упустить такую невероятную выгоду!
Ван Сюэ, стоявшая за окном своего дома, остолбенело наблюдала за происходящим. Она никак не могла взять в толк: почему Линь Жосин всегда удается превращать прах в золото? Даже золу и навоз она умудрилась пустить в дело!
Глядя на небольшую кучку золы в углу собственного двора, Ван Сюэ разрывалась между злостью и сожалением. Она не знала, что ей делать: то ли переступить через гордость и пойти менять мусор на овощи, то ли продолжать хранить свое жалкое «достоинство».
Не прошло и получаса, как в жилом городке развернулось невиданное зрелище. Больше десятка женщин, кто с корзинами, кто с тазами, а кто и вовсе с дырявыми мешками, наперебой тащили накопленную древесную золу к пустырю Линь Жосин. Вскоре у края участка выросла целая «пепельная гора».
Несколько самых смелых и небрезгливых хозяек действительно сбегали к конюшням и приволокли на коромыслах ведра с перепревшим, остро пахнущим навозом.
Линь Жосин распорядилась, чтобы Лу Тин принес безмен. Она лично обходила каждую соседку, взвешивала принесенное и заносила данные в тетрадь. Каждая запись была предельно точной.
— Семья сестры Чжан: зола — сто двадцать три цзиня.
— Семья сестры Ли: зола — девяносто восемь цзиней, навоз — тридцать цзиней...
Такой серьезный и строгий подход окончательно успокоил женщин.
С этой партией драгоценного «удобрения» дело пошло куда быстрее. Под руководством Линь Жосин женщины равномерно распределили золу и навоз по участку, а Лу Тин, вооружившись киркой, снова глубоко перекопал землю, перемешивая добавки с почвой.
Прежде бесплодный, слежавшийся солончак после тройной обработки — глубокой вспашки, очистки от камней и внесения удобрений — на глазах начал меняться. Земля стала рыхлой и податливой. Темная почва источала особый аромат — смесь удобрений и свежего дыхания весны.
Глядя на плоды своих трудов, все участницы процесса светились гордостью и предвкушением. Им казалось, что они уже видят, как через несколько месяцев здесь зазеленеют богатые грядки.
Спустя еще два дня, когда удобрения окончательно напитались влагой и смешались с землей, Линь Жосин поняла: время пришло.
В этот день она достала свое давнее сокровище — несколько маленьких свертков, плотно обернутых промасленной бумагой. Она осторожно развернула их, явив миру семена самых разных форм и цветов.
Длинные черные семена фасоли. Плоские белые семена огурцов. Крошечные коричневые зернышки баклажанов. И похожие на пушистые шарики, покрытые белым ворсом, семена томатов.
Все это она выменяла еще во время своего долгого пути, когда была беженкой, буквально отрывая крохи от своего скудного пайка. В мире, пережившем катастрофу, семена были надеждой, были самой жизнью.
Она подозвала детей и стала показывать им разные семена.
— Дабао, смотри, это фасоль. Скоро она вырастет очень высокой, на ней появятся длинные стручки, и мы сможем потушить их с мясом.
— Эрбао, а это огурцы. Когда они вырастут, будут хрустящими и сладкими, их можно есть просто так, как фрукты.
— Саньбао, Сыбао, глядите — это баклажаны и помидоры, любимые овощи мамы.
Дети с любопытством разглядывали крошечные зернышки, не в силах представить, как они превратятся в те вкусности, о которых говорила мама.
Под руководством Линь Жосин вся семья принялась за посев. Она учила детей, как пальцами проделывать в мягкой земле лунки нужной глубины.
— Семена фасоли и огурцов нужно сажать подальше друг от друга, им понадобится место, чтобы ползти по шпалерам.
— Баклажаны и помидоры можно посадить поближе, но все равно оставьте им достаточно пространства для роста.
Эрбао, Лу Вэйго, слушал внимательнее всех. Он даже взял веточку и начал чертить на земле схемы, высчитывая оптимальные интервалы между рядами и лунками, бормоча себе под нос:
— Учитывая угол падения солнечных лучей и высоту растений, использование матричного расположения позволит максимизировать эффективность использования света...
Линь Жосин, слыша, как из уст сына вылетают столь продвинутые термины, не смогла сдержать улыбки. Этот ребенок любое дело превращал в математическую задачу.
Лу Тин же получил новое задание — соорудить простые подпорки из крепких веток, собранных в лесу. Хотя в сельском хозяйстве он был новичком, его руки привыкли к труду. Вскоре в зоне посадки фасоли и огурцов выстроились аккуратные А-образные опоры.
Вся семья трудилась, не покладая рук. Теплое солнце согревало спины, а воздух был пропитан запахом земли. Ни ссор, ни опасностей — только ожидание будущего урожая. Это спокойное и наполненное смыслом счастье дарило Линь Жосин чувство глубокого удовлетворения.
Глядя на маленькие фигурки детей, увлеченно копающихся в грядках, и на Лу Тина, который неподалеку старательно возводил каркасы, она чувствовала, как сердце наполняется нежностью. Именно о такой жизни она мечтала две жизни подряд.
В этот момент к ним нерешительно подошла сестра Сяо Цянь, которая раньше помогала с навозом, в сопровождении еще нескольких женщин. Глядя на идиллию в семье Лу, они стеснялись заговорить первыми.
Наконец Сяо Цянь набралась смелости и с надеждой спросила:
— Сестрица Линь... Мы видим, как ладно у тебя земля пошла. Мы... мы тоже хотели бы привести в порядок те клочки земли, что у нас за домами. Ты... не могла бы и нас научить?
В их глазах читалась жажда знаний. Это уже не было простым желанием получить выгоду — они искренне хотели своими руками изменить жизнь к лучшему.
Линь Жосин посмотрела на них и медленно улыбнулась. Она знала, что так и будет.
Дать человеку рыбу — значит накормить его на один день, научить ловить рыбу — значит накормить на всю жизнь. Ей нужны были не приживалы, ждущие подачек, а союзники, способные вместе с ней сделать жизнь процветающей.
— Научить вас? Конечно, можно, — охотно согласилась Линь Жосин.
— Однако, — она сменила тон, и ее взгляд скользнул по вскопанному участку, где один угол все еще оставался пустым, — я одна со всем не справлюсь. Я научу вас, но и вы должны будете мне помочь.
— В чем помочь? Сестрица Линь, только скажи! Сделаем все, что в наших силах! — тут же заверили ее женщины, ударяя себя в грудь.
Линь Жосин перевела взгляд на Лу Тина, затем снова на женщин, и на ее губах заиграла лукавая усмешка.
— Моему огороду кое-чего не хватает. Я планирую в том углу построить курятник и завести десятка полтора кур. Тогда у всех нас будут не только овощи, но и яйца!
— Яйца?! — глаза женщин снова вспыхнули ярким светом.
— Но, — Линь Жосин указала на пустое место, — строить курятник только из дерева и глины нельзя. Это ненадежно, хорьки и ласки мигом лазейку найдут. Лучше всего было бы выложить прочный фундамент из кирпича.
Одна из соседок тут же поникла:
— Кирпич? О боги, это же дефицит, где нам его взять?
Линь Жосин оставалась невозмутимой. Она посмотрела на мужа, словно королева, отдающая приказ, и четко произнесла:
— Где взять? Ну, это уже забота нашего командира полка «Сокол». Командир Лу, я слышала, в нашем военном округе недавно снесли старый склад. Битый кирпич вывозили машинами и сваливали на заднем склоне горы, он там лежит никому не нужный. Если вы подадите рапорт начальству о том, что в нашем жилом городке запускается пилотный проект «военно-гражданской программы самообеспечения сельхозпродукцией» и запросите эти отходы для дела... думаю, это не будет чрезмерной просьбой?

Комментарии

Загрузка...