Закупка завтраков обошлась еще в сорок две тысячи юаней.
Закупка завтраков обошлась еще в сорок две тысячи юаней.
Шэнь Мэйюнь не удержалась и шепнула дочери:
Шэнь Мэйюнь не удержалась и шепнула дочери:
— Мяньмянь, спроси-ка у пузырика, поместится ли еще?
— Мяньмянь, спроси-ка у пузырика, поместится ли еще?
Если поместится, она готова была покупать дальше.
Если поместится, она готова была покупать дальше.
Мяньмянь погладила свой маленький животик и нежно проговорила:
Мяньмянь погладила свой маленький животик и нежно проговорила:
— Пузырик сказал, что он еще не наелся.
— Пузырик сказал, что он еще не наелся.
Вот и славно. У Шэнь Мэйюнь отлегло от сердца.
Вот и славно. У Шэнь Мэйюнь отлегло от сердца.
Она сразу же повела Мяньмянь на склад, чтобы убрать все закупленные продукты в пространство пузырика на хранение и для поддержания тепла. Затем они рванули на самый крупный в городе оптовый рынок одежды.
Она сразу же повела Мяньмянь на склад, чтобы убрать все закупленные продукты в пространство пузырика на хранение и для поддержания тепла. Затем они рванули на самый крупный в городе оптовый рынок одежды.
Вспомнив, что девочка из сна жаловалась на холод, Шэнь Мэйюнь значительно увеличила объемы закупок зимней одежды. Первым делом она взялась за пуховики для себя. Она заказала по десять штук каждого размера — от S до L. О красоте и фасоне она уже не думала, главным критерием было тепло. Пуховики мужских размеров она тоже взяла по десять штук каждой ростовки. В итоге получилось несколько десятков пуховиков.
Вспомнив, что девочка из сна жаловалась на холод, Шэнь Мэйюнь значительно увеличила объемы закупок зимней одежды. Первым делом она взялась за пуховики для себя. Она заказала по десять штук каждого размера — от S до L. О красоте и фасоне она уже не думала, главным критерием было тепло. Пуховики мужских размеров она тоже взяла по десять штук каждой ростовки. В итоге получилось несколько десятков пуховиков.
«Должно хватить?» — с неуверенностью подумала Шэнь Мэйюнь.
«Должно хватить?» — с неуверенностью подумала Шэнь Мэйюнь.
Продавец, видя, что она закупается зимними вещами, осторожно предложил:
Продавец, видя, что она закупается зимними вещами, осторожно предложил:
— А военные шинели не желаете?
— А военные шинели не желаете?
Это был залежавшийся на складе товар. В их краях круглый год царила весна, и он, наверное, совсем умом тронулся, когда заказывал когда-то эти шинели.
Это был залежавшийся на складе товар. В их краях круглый год царила весна, и он, наверное, совсем умом тронулся, когда заказывал когда-то эти шинели.
Глаза Шэнь Мэйюнь заблестели.
Глаза Шэнь Мэйюнь заблестели.
— Покажите.
— Покажите.
Через мгновение продавец вытащил объемную кипу.
Через мгновение продавец вытащил объемную кипу.
— Вот, смотрите. Все женские, универсального размера. Я их брал по сто пятьдесят юаней за штуку, а вам отдам по восемьдесят.
— Вот, смотрите. Все женские, универсального размера. Я их брал по сто пятьдесят юаней за штуку, а вам отдам по восемьдесят.
Шэнь Мэйюнь потрогала ткань — материал и правда оказался очень плотным. Она поинтересовалась:
Шэнь Мэйюнь потрогала ткань — материал и правда оказался очень плотным. Она поинтересовалась:
— А подешевле можно?
— А подешевле можно?
— Семьдесят, ниже никак. Я и так почти в убыток отдаю.
— Семьдесят, ниже никак. Я и так почти в убыток отдаю.
— Мужские модели есть?
— Мужские модели есть?
— Есть.
— Есть.
Хозяин снова скрылся в подсобке и вытащил оттуда еще одну кипу, изрядно спрессованную.
Хозяин снова скрылся в подсобке и вытащил оттуда еще одну кипу, изрядно спрессованную.
— Вот мужские, тоже универсального размера.
— Вот мужские, тоже универсального размера.
— Отлично. Сколько у вас всего?
— Отлично. Сколько у вас всего?
— Еще около трехсот с лишним штук.
— Еще около трехсот с лишним штук.
По сравнению с пуховиками эти военные шинели были куда практичнее. Шэнь Мэйюнь, не раздумывая, заявила:
По сравнению с пуховиками эти военные шинели были куда практичнее. Шэнь Мэйюнь, не раздумывая, заявила:
— Беру все.
— Беру все.
Хозяин на мгновение опешил, а потом его лицо расплылось в довольной улыбке:
Хозяин на мгновение опешил, а потом его лицо расплылось в довольной улыбке:
— Будет сделано! Я вам все аккуратно упакую.
— Будет сделано! Я вам все аккуратно упакую.
Он готов был перед ней чуть ли не на задних лапках ходить. Шэнь Мэйюнь одобрительно кивнула и, оглядываясь по сторонам, спросила:
Он готов был перед ней чуть ли не на задних лапках ходить. Шэнь Мэйюнь одобрительно кивнула и, оглядываясь по сторонам, спросила:
— Кстати, у вас есть детские ватные курточки? Пуховики для детей мне не нужны.
— Кстати, у вас есть детские ватные курточки? Пуховики для детей мне не нужны.
Этот вопрос поставил хозяина в тупик.
Этот вопрос поставил хозяина в тупик.
— У меня тут только одежда для взрослых. Детских ватных курток нет. Да и громоздкие они, не такие красивые, как пуховики, мы их давно уже не продаем.
— У меня тут только одежда для взрослых. Детских ватных курток нет. Да и громоздкие они, не такие красивые, как пуховики, мы их давно уже не продаем.
— А достать сможете?
— А достать сможете?
— Сам не достану, но могу спросить у знакомых в детском магазине.
— Сам не достану, но могу спросить у знакомых в детском магазине.
Вскоре хозяин вернулся и сообщил:
Вскоре хозяин вернулся и сообщил:
— У них есть детские ватные куртки, но товар на другом складе. Смогут привезти только завтра. Вас устроит?
— У них есть детские ватные куртки, но товар на другом складе. Смогут привезти только завтра. Вас устроит?
Шэнь Мэйюнь прикинула и кивнула:
Шэнь Мэйюнь прикинула и кивнула:
— Договорились. Я завтра к вам зайду.
— Договорились. Я завтра к вам зайду.
Она перевела хозяину сто тысяч юаней, оставила свой контакт и попросила связаться с ней, как только привезут товар. Затем она направилась в соседний магазин термобелья. Термобелья каждого размера она взяла по десять комплектов. Последним пунктом стал магазин детской одежды. Именно на нем она планировала сосредоточить основные силы: нужно было закупить одежду для Мяньмянь на все возраста — от пяти до восемнадцати лет.
Она перевела хозяину сто тысяч юаней, оставила свой контакт и попросила связаться с ней, как только привезут товар. Затем она направилась в соседний магазин термобелья. Термобелья каждого размера она взяла по десять комплектов. Последним пунктом стал магазин детской одежды. Именно на нем она планировала сосредоточить основные силы: нужно было закупить одежду для Мяньмянь на все возраста — от пяти до восемнадцати лет.
Как и говорил тот хозяин, в детском магазине сейчас продавались в основном пуховики и термобелье, а ватных курточек и в помине не было. Продавец еще и заявила, что в их краях такого днем с огнем не сыщешь, разве что где-нибудь на северо-востоке, может, и отыщется. Шэнь Мэйюнь слегка расстроилась, и теперь ей оставалось лишь надеяться на того хозяина из взрослого отдела.
Как и говорил тот хозяин, в детском магазине сейчас продавались в основном пуховики и термобелье, а ватных курточек и в помине не было. Продавец еще и заявила, что в их краях такого днем с огнем не сыщешь, разве что где-нибудь на северо-востоке, может, и отыщется. Шэнь Мэйюнь слегка расстроилась, и теперь ей оставалось лишь надеяться на того хозяина из взрослого отдела.
На дочери Шэнь Мэйюнь не экономила. Не зная, какой размер будет у Мяньмянь в будущем, она решила брать на каждый возрастной период по пять комплектов всех размеров. Одежду на все четыре сезона она закупала с запасом, включая даже детское нижнее белье — его она набрала более десятка различных видов. Продавец в детском магазине решила, что Шэнь Мэйюнь открывает собственную торговую точку, и предложила ей товар по оптовой цене. Покончив с одеждой для Мяньмянь, Шэнь Мэйюнь поднялась этажом выше в том же торговом центре. На третьем этаже торговали постельными принадлежностями.
На дочери Шэнь Мэйюнь не экономила. Не зная, какой размер будет у Мяньмянь в будущем, она решила брать на каждый возрастной период по пять комплектов всех размеров. Одежду на все четыре сезона она закупала с запасом, включая даже детское нижнее белье — его она набрала более десятка различных видов. Продавец в детском магазине решила, что Шэнь Мэйюнь открывает собственную торговую точку, и предложила ей товар по оптовой цене. Покончив с одеждой для Мяньмянь, Шэнь Мэйюнь поднялась этажом выше в том же торговом центре. На третьем этаже торговали постельными принадлежностями.
Едва войдя, она поняла, что пуховые одеяла и прочие модные новинки — это не то, что ей сейчас нужно. Она осознала одну простую вещь: в действительно холодных краях надежнее всего будут ватные одеяла и ватная одежда. Поэтому она сразу обошла стороной современные брендовые магазины и направилась прямиком в лавку хозяйственных товаров и спецодежды. Ватных одеял она взяла десять штук по десять цзиней весом и еще десять штук по пять цзиней. Простыни, пододеяльники и наволочки она выбирала исключительно из самого прочного нейлона, и каждого наименования взяла по двадцать комплектов. Варежки на вате, брезентовые рукавицы, полотенца, хлопчатобумажную пряжу, солдатские шапки-ушанки, обычные рабочие костюмы, рабочую обувь, обувь «Цзефан»*, резиновые сапоги и дождевики — всего по двадцать комплектов. Отдельно она заказала у хозяина двадцать цзиней хлопка-сырца — его в наличии сейчас не было, нужно было прийти за ним на следующий день. За все про все вышло сто десять тысяч юаней.
Едва войдя, она поняла, что пуховые одеяла и прочие модные новинки — это не то, что ей сейчас нужно. Она осознала одну простую вещь: в действительно холодных краях надежнее всего будут ватные одеяла и ватная одежда. Поэтому она сразу обошла стороной современные брендовые магазины и направилась прямиком в лавку хозяйственных товаров и спецодежды. Ватных одеял она взяла десять штук по десять цзиней весом и еще десять штук по пять цзиней. Простыни, пододеяльники и наволочки она выбирала исключительно из самого прочного нейлона, и каждого наименования взяла по двадцать комплектов. Варежки на вате, брезентовые рукавицы, полотенца, хлопчатобумажную пряжу, солдатские шапки-ушанки, обычные рабочие костюмы, рабочую обувь, обувь «Цзефан»*, резиновые сапоги и дождевики — всего по двадцать комплектов. Отдельно она заказала у хозяина двадцать цзиней хлопка-сырца — его в наличии сейчас не было, нужно было прийти за ним на следующий день. За все про все вышло сто десять тысяч юаней.
П. п.: Армейская обувь на резиновой подошве и матерчатом верхе, такие кеды зеленого цвета.
П. п.: Армейская обувь на резиновой подошве и матерчатом верхе, такие кеды зеленого цвета.
Следом она зашла в соседний магазин алкоголя и табачных изделий. Хотя ни она, ни Мяньмянь в этом не нуждались, в трудные времена табак и спиртное считались предметами роскоши, а значит, и хорошим подспорьем для обмена. Обязательно следовало запасти хоть немного. Белого вина она взяла десять больших бутылок, по пятьдесят цзиней каждая, красного вина — десять ящиков по десять бутылок в каждом, и еще сто цзиней желтого рисового вина. Что касается сигарет, она взяла по пятьдесят блоков как дешевых, так и дорогих марок. Пришлось признать, что табак и алкоголь — вещи действительно люксовые: за этот скромный по объему товар она выложила почти триста тысяч. Ничего не поделаешь, эти продукты везде и всегда были твердой валютой, и обойтись без них было никак нельзя.
Следом она зашла в соседний магазин алкоголя и табачных изделий. Хотя ни она, ни Мяньмянь в этом не нуждались, в трудные времена табак и спиртное считались предметами роскоши, а значит, и хорошим подспорьем для обмена. Обязательно следовало запасти хоть немного. Белого вина она взяла десять больших бутылок, по пятьдесят цзиней каждая, красного вина — десять ящиков по десять бутылок в каждом, и еще сто цзиней желтого рисового вина. Что касается сигарет, она взяла по пятьдесят блоков как дешевых, так и дорогих марок. Пришлось признать, что табак и алкоголь — вещи действительно люксовые: за этот скромный по объему товар она выложила почти триста тысяч. Ничего не поделаешь, эти продукты везде и всегда были твердой валютой, и обойтись без них было никак нельзя.
Выйдя из магазина и проходя мимо лавки с товарами повседневного спроса, она снова принялась запасаться всем подряд: туалетной бумагой, гигиеническими прокладками, зубной пастой, зубными щетками, полотенцами. Особенно много она набрала туалетной бумаги и прокладок, закупая их целыми коробками. Марки «Вида», «Цзежоу», «Софи», «Цзетин», «Хушубао», «Седьмое пространство» — по сто коробок каждой. Она мысленно прикинула, что такого количества должно хватить ей до конца жизни.
Выйдя из магазина и проходя мимо лавки с товарами повседневного спроса, она снова принялась запасаться всем подряд: туалетной бумагой, гигиеническими прокладками, зубной пастой, зубными щетками, полотенцами. Особенно много она набрала туалетной бумаги и прокладок, закупая их целыми коробками. Марки «Вида», «Цзежоу», «Софи», «Цзетин», «Хушубао», «Седьмое пространство» — по сто коробок каждой. Она мысленно прикинула, что такого количества должно хватить ей до конца жизни.
Затем они с Мяньмянь отправились в ряды, где продавались кухонная утварь и скобяные изделия. Мяньмянь уже еле держалась на ногах. К полудню ее совсем разморило, и она начала клевать носом. Шэнь Мэйюнь было ужасно жалко дочку, но оставить ее с няней она не могла. Она опасалась, что ее бессовестный бывший муж в любой момент может прибегнуть к силе и попросту похитить ребенка. Поэтому, немного подумав, она предложила Мяньмянь:
Затем они с Мяньмянь отправились в ряды, где продавались кухонная утварь и скобяные изделия. Мяньмянь уже еле держалась на ногах. К полудню ее совсем разморило, и она начала клевать носом. Шэнь Мэйюнь было ужасно жалко дочку, но оставить ее с няней она не могла. Она опасалась, что ее бессовестный бывший муж в любой момент может прибегнуть к силе и попросту похитить ребенка. Поэтому, немного подумав, она предложила Мяньмянь:
— Мяньмянь, маме нужно еще зайти в отделы с посудой и инструментами. А ты пока посидишь в машине и отдохнешь, хорошо?
— Мяньмянь, маме нужно еще зайти в отделы с посудой и инструментами. А ты пока посидишь в машине и отдохнешь, хорошо?
Только крайняя нужда могла заставить ее даже на минуту оставить ребенка в машине одну. Мяньмянь, чьи глазки уже слипались от усталости, тихонько зевнула и еле слышно проговорила:
Только крайняя нужда могла заставить ее даже на минуту оставить ребенка в машине одну. Мяньмянь, чьи глазки уже слипались от усталости, тихонько зевнула и еле слышно проговорила:
— Мамочка, я пойду с тобой, я потерплю.
— Мамочка, я пойду с тобой, я потерплю.
Ей совсем не хотелось расставаться с мамой.
Ей совсем не хотелось расставаться с мамой.
— Тогда мама понесет тебя на ручках, а ты поспишь.
— Тогда мама понесет тебя на ручках, а ты поспишь.
— Не надо, мамочка, я тяжелая, я сама пойду.
— Не надо, мамочка, я тяжелая, я сама пойду.
Сердце Шэнь Мэйюнь от вида усталой дочери сжималось от боли. Но Мяньмянь, разумная и понимающая, наотрез отказывалась, чтобы ее несли. Тогда Шэнь Мэйюнь решила в отделах посуды и инструментов действовать как можно быстрее, чтобы управиться одним махом.
Сердце Шэнь Мэйюнь от вида усталой дочери сжималось от боли. Но Мяньмянь, разумная и понимающая, наотрез отказывалась, чтобы ее несли. Тогда Шэнь Мэйюнь решила в отделах посуды и инструментов действовать как можно быстрее, чтобы управиться одним махом.
В отделе кухонной утвари она сразу заказала чугунные котлы, разделочные доски, миски и палочки для еды. Каждого наименования она брала не меньше десяти комплектов. Немного подумав, она еще спросила, нет ли в продаже угольных печек.
В отделе кухонной утвари она сразу заказала чугунные котлы, разделочные доски, миски и палочки для еды. Каждого наименования она брала не меньше десяти комплектов. Немного подумав, она еще спросила, нет ли в продаже угольных печек.
К сожалению, угольные печи и подобные им вещи уже давно исчезли с рынка. О том, чтобы их купить, и речи быть не могло. Поэтому пришлось ограничиться лишь несколькими спиртовыми горелками и запасом спирта.
К сожалению, угольные печи и подобные им вещи уже давно исчезли с рынка. О том, чтобы их купить, и речи быть не могло. Поэтому пришлось ограничиться лишь несколькими спиртовыми горелками и запасом спирта.

Комментарии

Загрузка...