Лу Минфэй услышал, как в его ноутбуке звякнуло: так система оповещала о приходе нового письма. Он открыл свежее сообщение и вдруг замер.
Дорогой Рикандо М. Лу:
От имени председателя Студенческого совета Цезаря Гаттузо имею честь пригласить Вас на званый ужин и светский бал, которые состоятся завтра в 18:00 в павильоне Амбер. Студенческий совет в полном составе соберется, чтобы засвидетельствовать свое почтение S-классу — студеню, чьего появления Колледж Кассель не видывал уже много лет. Кроме того, Цезарь Гаттузо с нетерпением ждет возможности пообщаться с Вами лично.
Просим соблюдать дресс-код (парадная одежда).
С искренним уважением,
Чэнь Мотун
Фингер придвинулся ближе, заглянул в экран и тоже остолбенел на добрую половину минуты.
— Лю Шао, к тебе пожаловал Сыма Чжао звать на танец... Теперь все три клуба положили глаз на твой лакомый кусочек!
Лу Минфэй поднял голову и взъерошил свои растрепанные волосы:
— Студенческий брат, нет ли у тебя парадного костюма напрокат?
Раздался звук открывающейся двери, и оба посмотрели на порог. Там стоял Жань Минь — знаменитый негодяй Колледжа Кассель.
Прислонившись плечом к косяку, Жань Минь был облачен в фит-рубашку цвета индиго, дерзкого вида брюки и остроносые туфли, способные отражать свет, а на плече у него висел пиджак безупречного кроя. Он вытащил сигарету, чиркнул зажигалкой, затянулся и медленно выпустил дым (Лу Минфэй готов был поклясться, что это был самый крутой выдох из всех, что он видел в реальной жизни):
— Ха, гляньте-ка, что я нашёл! Какая прелесть: один неудачливый младший братец, получивший приглашение на бал Студенческого совета, и одна собака-неудачница, которая хочет увязаться за ним хвостиком.
— Ой, братец, а где ты пропадал весь день? — Лу Минфэй не видел его с самого утра. По словам Фингера, Жань Минь жил вовсе не в студенческом общежитии, а где-то на другой территории кампуса, но с тех пор, как Лу Минфэй прибыл в Колледж Кассель, этот тип почти ежедневно объявлялся в номере 1-303, а стоило Лу Минфэю уйти на экзамены, как тот исчезал бесследно. Фингер уверял, что понятия не имеет, куда.
— Да так, утешал пару одиноких первокурсниц, а заодно выплеснул излишки энергии, — небрежно бросил он.
— Эй! Так взрыв в общежитии факультета маханики-модостроения — это и правда твоих рук дело?! — взревел Фингер, будто афганец, обвязанный взрывчаткой, прямо посреди нью-йоркской улицы.
— Потише. В такое время суток не боишься людям отдых портить?
— Когда ты рядом, кто посмеет жаловаться? — Фингер заявил, что по толщине кожи вполне может поспорить с Жань Минем за звание двух главных бесстыдников Касселя.
— Старший брат, и зачем же ты сегодня заявился? — Глядя на прикид Жань Миня, Лу Минфэй даже пяткой мог сообразить, что тот пришел вовсе не пить с ними пиво.
— Разумеется, затем. — Жань Минь зажал сигарету в зубах и дважды хлопнул в ладоши.
Из темного коридора бесшумно, словно из ниоткуда выросли несколько человек в форменной одежде портных. Едва появившись, они мгновенно окружили Фингера с Лу Минфэем, а когда отступили назад, оба уже щеголяли в отменных, с иголочки сшитых парадных костюмах.
Мастера молча и стремительно скрылись в тени, не издав ни единого звука. Этот процесс напомнил Лу Минфэю о Ноно, которая эффектно появлялась на выручку в кинотеатрах, хотя сейчас всё прошло куда спокойнее.
— Хм, неплохо, — Жань Минь придерживал сигарету пальцами, прикрывая рот рукой, и критически оглядел Лу Минфэя с ног до головы, после чего перевел взгляд на Фингера. — Позорить не станете.
— Эй, что это за «позорить не станете»? Ты меня за дурака держишь? Я тебе вообще-то старший товарищ, между прочим, в свое время был тем еще красавчиком, от которого все старшекурсницы и первокурсницы с ума сходили! — В другое время Фингер ни за что не осмелился бы скалить зубы на Жань Миня, но за последние дни они заметно сблизились, и Фингер бессовестно пользовался фразочками вроде мы с подонком Минем — лучшие кореши, только тронь меня, чтобы отбиваться от кредиторов.
— Ладно, ладно, ладно. Наш бывший неотразимый старший товарищ по-прежнему чертовски хорош собой, доволен?
— Ты... — столкнувшись с таким пренебрежительным тоном, Фингер страшно обиделся, но с одной стороны, был виноват сам, а с другой — откровенно боялся, так что пререкаться дальше не стал.
Жань Минь подошел к Лу Минфэю. Его растрепанная шевелюра была аккуратно зачесана назад, обнажив вполне симпатичное лицо.
Жань Минь хлопнул его по плечу:
— Пошли, братишка-неудачник. Старший брат поможет тебе восстановить справедливость.
Павильон Амбер с наступлением темноты сиял всеми огнями. Если заглянуть внутрь сквозь гигантские окна от пола до потолка, хрустальные люстры бросали ослепительные, загадочные блики. Это было готическое здание с островерхими крышами, покрытыми темно-красной черепицей, и стенами, отделанными индийским гранитом. Перед входом тянулась галерея для защиты от непогоды, опиравшаяся на массивные арочные своды; каждую арку украшали искусно высеченные фигурки ангелов — кто задумчиво застыл, кто мягко улыбался. У парадного входа стояли известняковые статуи шестикрылых херувимов с пламенеющими мечами, омываемые мелким осенним дождичком. Молодые чиновники Студенческого совета, облаченные в черные фраки с белоснежными платками или темно-красными розами в петлицах, толпились под галереей, озираясь по сторонам и словно кого-то поджидая.
— Мать моя женщина! Дом, в котором живет один Цезарь, наверное, вместил бы сотню таких, как мы! — восхищенно простонал Лу Минфэй с расстояния в полкилометра. — Капиталистическое общество — это где один человек жрет других.
— Не боишься, настанет день, и жрать будем мы. Причем так, что после каждого нашего приема пищи население планеты будет сокращаться на целый процент, — Жань Минь громко рассмеялся и хлопнул обоих по плечам, подбадривая Фингера и Лу Минфэя.
— Вообще-то Цезарь живет здесь не постоянно. Это особняк, который он арендует под штаб-квартиру Студенческого совета. Раньше за аренду ему даже платить не приходилось, ведь он почти каждый год выигрывал право пользоваться павильоном Нортон... А теперь Нортон-холл достался тебе, — Фингер был одет в строгий черный костюм. Сам по себе он парень рослый, но сутуловатый, с душонкой мелкитроечника; нарядившись так, с широкими плечами и длинными руками, да еще с немецким выражением сероглазой тоски на лице, он собрал свои спутанные волосы на затылке в маленький хвостик, обнажив довольно бравый лоб, и теперь, стоя за спиной Лу Минфэя, вылитый телохранитель.
— Так почему же мы до сих пор не переехали в Нортон-холл? — вспомнил об этом Лу Минфэй.
— Видишь ли, после того как Цезарьсъедет, тебе придется выложить пару десятков тысяч баксов на ремонт мебели, не говоря уже о безумной плате за отопление и земельном налоге... Если ты горишь желанием выложить эти деньги, я с радость готов туда вселиться. Можешь даже звать меня в компанию, я с удовольствием составлю тебе пару.
— Пошел к черту!
— Без проблем, босс, тебе решать. Велено идти к черту — сию минуту отправляюсь.
Фингер тут же развернулся, собираясь уходить. Лу Минфэй судорожно схватил его за рукав:
— Братец, к чему такая сердитость? Я же просто языком треплю, вроде этого вашего к черту матери, в китайском это так, пар выпускают. Если ты не пойдешь со мной, неужели хочешь, чтобы я в одиночку отбивался от стаи волков?
— Разница между тем, когда в волчью стаю заходит одна овца или две, заключается лишь в том, во втором случае волки наедятся досыта...
— Эй, вы, похоже, совсем забыли про мое существование, — возмутился Жань Минь, наблюдая за страстными терзаниями двух никчемок. — Сейчас вас двоих овец ведет в логово волков один лев. Хватит трястись перед этими псовыми, пока я здесь, ничего не бойтесь.
— О! Великий старший брат непобедим! — Лу Минфэй зааплодировал, но тут же задал волнующий его вопрос: — А что, по-вашему, вообще нужно Цезарю?
— Похоже, этот парень не пожалел средств! Глянь только: все его приятели разодеты в костюмы от Armani или Zegna, на руках красуются Montblanc или Constantin, а у входа выстроился целый ряд Aston Martin да Jaguar... — Фингер подергал на себе явно маловатую, трещащую по швам форму академии. — На фоне наших арендованных парадных шмоток... мне кажется, Цезарь решил задавить нас богатством. Либо швырнет пачки баксов тебе в лицо со словами: или ты идешь со мной в огонь и воду, или прямо сейчас чистишь мне ботинки!
— Надеюсь, у него нет привычки к вони в ногах...
— Твои амбиции просто поражают воображение! — вздохнул Фингер. — Чего мы ждем? Нам устроили настоящий званый обед на погибель, но раз уж против этой зловещей ловушки у нас есть такой Фань Куай, как негодяй Минь, чего ради мы до сих пор прячемся по кустам? Ты что, и впрямь не хочешь быть Лю Баном, а метишь лишь в Лю Шао? Ты вообще знаешь, сколько в этих кустах осенних комаров?
Глядя на их клоунаду, Жань Минь улыбнулся:
— Именно. Чего бояться? Наша цель сегодня предельно ясна: найти шикарных девчонок, взять их за руки, потанцевать, раздобыть их номера телефонов... Ну а этот кустарник, хоть тут и многовато комаров, — место для свиданий тоже вполне приличное.
— Эй, приятель, ты сейчас описываешь свой собственный вечер. Наш с твоим веером различаются кардинально, мы словно в разных галактиках обитаем, — съязвил Фингер.
— Да брось ты рассуждать! Пошли, братишка-неудачник, старший брат покажет тебе, как надо охмурять девчонок.
С этими словами он затушил сигарету и с решительным видом повел за собой Лу Минфэя и не слишком-то рвущегося вперед Фингера в сторону павильона Амбер.

Комментарии

Загрузка...